Высокая популярность партии «Кадима», даже после того как ее престарелый учредитель слег от неизлечимой болезни, не может не озадачивать. Партия эта, состоящая наполовину из лиц никому не известных, а наполовину известных лишь с дурной стороны (по меньшей мере с точки зрения нарушения общественного доверия), согласно многочисленным опросам, продолжает пользоваться поддержкой трети израильских граждан!
На первый взгляд это можно было бы объяснить тем, что множество народа уверовало в «путь» Шарона - в путь одностороннего отделения.
Ведь в целом нельзя сказать, что этот путь плох. Мне доводилось указывать преимущества плана одностороннего разделения (см. например, статью «Сафари для террористов») еще в ту пору, когда Шарон выступал против строительства забора, и называл Мицну, предложившего уйти из Нецарим, «политическим новобранцем».
Размежевание с палестинцами в одностроннем порядке безусловно предпочтительнее любого соглашения. Ведь любое соглашение с ними – сегодня это ясно как день – будет подписано Израилем на условиях полного отступления к удушающим границам 1967 года.
Однако это преимущество одностороннего отделения над двусторонним сохраняется лишь в том случае, если одностороннее отступление само не подводит к этой границе. В противном случае одностороннее отделение становится худшим из всех мыслимых зол. Ведь уступить врагу все до начала переговоров, значит отдать ему также и то, чем и не помышлял поступиться в час самих переговоров (например, освободить всех осужденных к пожизненному заключению террористов).
Но в том-то и дело, что «путь» Шарона предполагает лишь те незначительные косметические изменения вдоль бывшей иорданской границы, которые задал забор безопасности. Никто в стане «Кадимы» не скрывает, что все поселения, расположенные восточнее забора, планируется уничтожить.
Не только сторонники «Кадимы», а все левые внушают нам, что забор диктует новую политическую действительность, и что все израильские граждане, проживающие в Иудее и Самарии, должны «вернуться» в «суверенный Израиль».
Нам говорят, что это неизбежно. Но ведь неизбежно и прямо противоположное: неизбежно возвращение и на Самарийский хребет, и в Иорданскую долину! Это неизбежно в той мере, в какой мере неизбежно, что с Самарийского хребта начнется война на истощение, а в какой-то момент будет совершено и вторжение. А ведь без этих высот защита узкого приморского коридора (так называемого «центра страны»), соединяющего Галилею и Негев, представляется задачей совершенно невозможной.
Очевидно, что спастись от грядущей арабской интервенции можно лишь одним единственным образом: превентивно заняв хотя бы основные высоты Самарийских гор и, главное, Иорданскую долину вместе с ее неприступным горным склоном... Но ведь эти стратегические территории, по счастью, и так находятся в наших руках. Их нужно всего лишь не покидать, тем более в «одностороннем порядке»! Иорданская долина с восточным склоном Самарийских гор являются тем естественным стратегическим рубежом Израиля, без которого его невозможно оборонять.
Если бы «путь» Шарона предполагал перенос нескольких поселений Самарии в Иорданскую долину с последующем возведением ограды в прилегающих к западу от шоссе Алон районам, то этот «путь» был бы вполне приемлем с прагматической точки зрения. Но об этом речи, увы, не идет.
Насколько можно судить, что-то в этом роде предлагает лишь примкнувший к «Кадиме» бывший глава Совета поселений Отниэль Шнеллер. Во всяком случае, он призывает договариваться о будущих границах Израиля не с США, а с поселенцами.
Но «путь» Шарона решительно исключает переговоры с поселенцами. Они считаются в «Кадиме» отработанным материалом истории, материалом, который следует лишь по возможности скорее «дезактивировать», то есть деморализовать и рассеять в «суверенном» Израиле.
Итак, достижение национального консенсуса по вопросу территорий на повестке дня у партии «Кадима» не стоит. События в Амоне слишком ясно это продемонстрировали. И приди Ольмерт к власти, весь мир станет свидетелем «батальных» сцен, в ходе которых израильская полиция будет крошить «демократизаторами» головы в вязанных кипах.
Итак, как уже оповестила нас пресса, Шарон планировал выторговать у США около 10 процентов территорий Иудеи и Самарии, оказавшихся в пределах забора безопасности. В отношении же Иорданской долины в рамках «пути» Шарона можно расчитывать лишь на стратегически бессмысленую приграничную полосу, тянущуюся вдоль самой реки Иордан.
Впрочем, это «достижение» принадлежит не израильской, а иорданской дипломатии. Иордания пуще огня боится общих границ с палестинским государством и уже выпросила у США, чтобы саму границу стерегли израильские, а не палестинские пограничники.
Итак, путь Шарона представляет собой лишь небрежно закомуфлированное отступление к границам 1967 года, к границам, которые одним своим видом спровоцировали бы войну даже с куда более умеренным противником, чем тот, который поднялся у нас под боком на дрожжах Норвежского соглашения.
ХАМАС не скрывает, что намерен уничтожить Израиль – и это ему в одностороннем порядке передавать бесценные стратегические территории!
О чем думают функционеры «Кадимы»? О чем думают многочисленные сторонники этой партии?
Единственное, что приходит на ум в связи с этим неожиданным массовым психозом, так это феномен миграции некоторых млекопитающих, прежде всего скандинавских леммингов.
Лемминги – это мелкие пугливые грызуны, ведущие совершенно приватный образ жизни, не подпуская к себе близко собратьев по крови. Однако изредка они вдруг начинают стремительно размножаться, собираются в огромные стаи, покрывающие десятки квадратных километров, и одержимо продвигаются «вперед». Когда на их пути встречается река, они все как один устремляются в нее, а наткнувшись посреди реки на лодку, переполняют ее, так что та затапливается под их весом.
Вот как описывает это явление исследователь поведения животных Реми Шовен: «Зверьки с маниакальной последовательностью повторяют все, что делают их собратья: стоит одному из них броситься в ров, и за ним последуют другие, пока ров не переполнится до краев; подойдя к краю виадука, они все ринутся в пустоту; они будут плыть по морю все вперед, пока не потонут. Словно какое-то безумие охватывает их...»
Остается только добавить, что ни Шовен, ни какой либо другой ученый не дают вразумительного объяснения самоубийственному поведению леммингов.
С этой точки зрения мы опять же ненамного приблизились к пониманию того, что же побуждает треть израильтян следовать «вперед», «кадима».
Нам остается лишь надеяться, что приступ этой загадочной мании прекратится так же внезапно, как и начался.