Итак, через шесть лет после подписания “мирного соглашения” с ООП и после передачи под ее контроль почти половины территорий ЕША, Израиль, наконец, решил для себя выяснить, можно ли вообще с этой организацией о чем-то договориться.
Судя по тому, что израилитяне услышали 13 сентября в заявлении Абу Мазена - это отнюдь не гарантировано. Причем скептицизм на сей раз выражают не только правые, но и левые политики. Сам Барак признал, что вместо “постоянного урегулирования” нас может ожидать “долгосрочное промежуточное соглашение”. А Хаим Рамон сказал, что это будет “долгосрочное промежуточное соглашение с элементами постоянного урегулирования”.
Что это за “элементы” постоянного урегулирования, догадаться нетрудно. Это те пункты палестинских требований, которые Барак в принципе согласен удовлетворить, а именно признание палестинского государства и передача под его контороль дополнительных территорий, сопровождающаяся ликвидацией по меньшей мере ряда поселений.
Таким образом можно ожидать, что единственным пунктом, по которому в ближайшее время можно ожидать “продвижения” (если оно не будет торпедировано отсутствием успеха в других областях), будет пункт дальнейших территориальных уступок.
На то, каковы будут масштабы этих уступок, может указывать способ ведения переговоров, а именно, будет ли идти речь о конкретных землях или о “процентах территорий”?
По-видимому, уже на встречах Бейлина с Абу-Мазеном и главным образом в Уай-плантейшен был создан черезвычайно опасный прецедент ведения переговоров о “цифрах”, о “процентах”, а не о конкретных территориях.
Насколько мне известно, явление это не имеет аналогов и напоминает скорее реалии из сферы каких-то соцобязательств, нежели из традиционной “рыночной” политики. Ведь обычно страны спорят и договариваются о заранее известных землях, нисколько не интересуясь при этом, на какую долю они увеличили или уменьшили свои просторы. Слышали ли мы, например, когда-нибудь, сколько процентов своих земель потеряла Германия в результате Второй мировой войны?
В этом отношении подписавшие Осло-2 Рабин и Перес вели себя еще вполне адекватно. О том, сколько процентов ЕША они передали Арафату, стали говорить только в связи с соглашением в Уай.
Как бы то ни было, но выторговав у Израиля N%, а не конкретные территории, примыкающие к тем или иным палестинским городам и селам, Арафат совершил определенную победу.
Прецедент был создан. И теперь возникает опасение, что последующие переговоры могут продолжаться в той же абсурдной манере, что битва будет вестись не за конкретные земли, а именно за абстрактные “проценты”.
Но в чем особенность такого спора? Почему он может быть невыгоден Израилю, ведь, казалось бы “цифровой” подход сохраняет нам возможность маневра?
Дело в том, что ведя переговоры о “процентах”, можно добиться ликвидации поселений, даже не поднимая об этом вопроса на самих переговорах, точнее не произнося этих режущих слух слов.
Нередко эвфемизмы достаточно эффективно помогают скрыть истинные планы, помогают усыпить бдительность тех, кто мог бы этим планам воспротивиться.
До сих пор среди израилитян негласно предполагалось, что раздел между двумя народами должен пройти по месту их основного проживания (“мы здесь, они там”), что помимо стратегических соображений должен учитываться также и этот естественный фактор. Но такой подход совершенно не устраивает Арафата. Ведь такого естественного разделения народов по месту их проживания он уже добился: земли, на которых преимущественно проживают евреи, и земли, на которых преимущественно проживают арабы - уже поделены, поделены в ходе промежуточного соглашения!
42% территорий (зоны “А” и “В”), которые должны оказаться у палестинцев после реализации соглашения Уай - это все земли основного проживания арабов плюс немалые пустынные территории, соединяющие отдельные анклавы. Добавление 10 - максимум 20% обеспечит дальнейшее слияние этих земель, обеспечит создание единого территориально - цельного палестинского образования.
Оставшиеся территории, составляющие 40-50% ЕША, местами пусть и неплотно, но заселены преимущественно евреями, и в дальнейшем их совершенно естественно было бы видеть в составе государства Израиль. Во всяком случае сохранить эти территории в принципе входит намерения Эхуда Барака.
Однако спор на такой “географической” основе совершенно не устраивает Арафата, и он предпочтет вести торги именно о “процентах”, сразу заломив уже знакомые нам 100%.
Ведя споря на языке цифр, Арафат заведомо может добиться лучших для себя результатов.
В наш компьютерный век границы вычерчивает не человек, а пентиум. И палестинцы и израилитяне уже давно изучили все мыслимые “конфигурации”. Арафат отлично знает, сколько “абстрактных” процентов нужно запросить, для того чтобы развалить
все израильские надежды на сохранение поселенческих блоков.
Так настаивание палестинцев на передаче им дополнительных “критических” 2-3% (13 вместо 10, на которые первоначально соглашался Нетаниягу) территорий было равнозначно принятию израильской стороной вполне “стратегического” решения: или удушить десяток поселений, или передать Арафату пустынные земли.
Как известно, Нетаниягу выбрал второе, решившись передать палестинцам на промежуточном этапе соглашения треть Иудейской пустыни, Барак - как будто бы первое, т.е. он предпочел отрезать от “большой земли” около 10 поселений.
В настоящий момент позиция Израиля выражена вполне географически определенно. На стадии постоянного урегулирования Барак надеется сохранить за Израилем Западную Самарию, Гуш Ацион, поселения вокруг Иерусалима и Иорданскую долину с прилегающими склонами самарийского хребта. Эти территории составляют по меньшей мере 40% Иудеи и Самарии.
Если Барак проявит в этом вопросе твердость, то мы, по всей видимости, будем слышать сами эти географические названия, а не их цифровой код - 40%.
Однако если Барак вслед за Бейлиным допускает возможность уступки в этой области, то мы услышим о злополучных процентах (по Бейлину - это 5-10% в обмен на эквивалентную площадь в Негеве).
Нужно думать, что если по ходу переговоров Барак откажется от населенных евреями и стратегически важных территорий, то предварительно он перейдет с конкретных их названий на соответствующие цифровые эквиваленты.
Итак, каким бы числом Барак не кончил, начав с этой цифры - 40%, мы должны знать, что если из его речей полностью исчезнут географические наименования и останутся только “проценты”, то значит, Израиль стоит на пороге своих самых роковых уступок.