Не так давно в Вестях была опубликована статья, которая завершалась следующим доводом в пользу соглашения с Сирией: “Проблему Южного Ливана нужно решать как можно скорее, и если договор с Сирией решит хотя бы данный вопрос, ради этого можно стерпеть и унылую физиономию Фарука аш-Шары и то, что Асад вряд ли когда-либо посетит Иерусалим. Игра, победив в которой, можно спасти множество человеческих жизней, стоит свеч. Надеюсь, что под этими словами могут поставить свою подпись абсолютно все здравомыслящие граждане страны”
Признаюсь, что в этом резюме меня искренне изумила аппеляция к здравомыслию. И вот почему.
Здравомыслие никогда не являлось для меня лично чем-то черезвычайно ценным, за что следует держаться обеими руками. Самые важные человеческие поступки всегда были и будут определяться не здравомыслием, а целым комплексом совершенно других ценностей, критериев и мотиваций.
Мне всегда импонировали следующие слова Льва Шестова: “Генрих IV мечтал о том, чтобы у каждого поселянина была по воскресеньям к обеду курица. Если бы и поселяне видели в курице свой идеал и стремились только к спокойной и тихой жизни, жертвуя “наслаждением”, только бы не страдать, может быть, история человечества была бы менее ужасна. Но поселяне, как и их правители, иначе смотрели на жизнь и никогда не ставили своим идеалом безболезненное существование. Наоборот, человек такой, каким его создала природа, за мгновение счастья, за призрак счастья, готов принять целые годы страдания и великого несчастья. В таких случаях он забывает всякие расчеты и всякий счет”.
Сионизм никогда не отличался особенным здравомыслием и расчетливостью. Ехать осваивать пустыню, подвергаясь опасности со стороны враждебного окружения - ничего особенно разумного в этом не было. Не было и актом здравомыслия провозглашать государство Израиль в 1948 году. Ведь это провозглашение привело к немедленной войне, а значит и ко всем последующим войнам, которые вел Израиль. Если бы Бен Гурион поступил благоразумно, он сохранил бы жизни десяткам тысяч людей.
На Голанах, как известно, живут сионисты. Те, кто противятся их депортации, тоже сионисты. Поэтому у всякого постороннего наблюдателя автоматически может возникнуть впечатление, что и в данном случае речь идет о безрассудных людях.
Но эти подозрения совершенно несправедливы. В данном конкретном случае мнение сионистов как раз отличается предельной здравостью. И именно поэтому я, как человек не очень дорожащий репутацией здравомыслящего, не могу ранодушно проходить мимо подобных обвинений.
Автор упомянутой статьи взывает к крови молодых солдат, гибнущих в Южном Ливане. Что на это скажешь?
Положение в Южном Ливане является единственным предметом, по которому вообще соглашение с Сирией можно было бы хоть каким-то боком признать осмысленным. Однако негативные последствия этого соглашения столь вопиющи, что ни один здравомыслящий человек как раз не может на такое соглашение пойти.
В Ливане гибнет на порядок меньше людей, чем от автомобильных катастроф. Если бы для передвижения мы вернулись к старой крестьянской лошадке, то безусловно спасли бы гораздо больше жизней, чем уйдя из Ливана. Между тем никакой здравомыслящий человек не поставит свою подпись под такой транспортной реформой.
В том-то и дело, что в здравомыслящей голове обе эти идеи (уход из Ливана ценой утраты Голан и возвращение к гужевому транспорту) укладываются с одинаковой трудностью.
“В наш просвещенный век для всего можно найти свое основание”, - справедливо отмечал Гегель. Действительно, даже самые пристрастные и вздорные идеи приобретают в Новое время характер убедительных, которыми можно загореться, которые завоевывают массы. И все же всему есть предел.
Я человек широких взглядов. Мне интересно знакомиться с любой позицией и вникать в каждое мировоззрение. Встретиться с каким-то по-настоящему новым, неожиданным взглядом - кто бы ни был носителем этого взгляда - для меня настоящий праздник.
Я всегда готов увидеть свои резоны даже в заведомо неприглядных учениях и сознательно стремлюсь это делать. В политике то же самое. Я, например, прекрасно понимаю идею Барака относительно сохранения крупных поселенческих блоков и ликвидации отдельных поселений в ЕША. Сам я с этим планом категорически не согласен, и намерен принимать участие в акциях протеста против его реализации, но я никогда не стану отрицать, что в условиях Норвежского соглашения этот план имеет свои резоны.
Однако в превращении Голан в юденфрай решительно нет никакого положительного смысла. Мирный договор с Сирией, установленный такой ценой, не содержит решительно ничего рационального. Это редчайший, почти уникальный исторический случай, когда на стороне одного политического решения стоит разум, а на другой безрассудство. Перечислю основные пункты:
1. То израильское правительство, которое согласно выполнить варварское требовании Сирии изгнать 18 тысяч еврейских поселенцев, совершает не только преступление, но и акт крайнего безрассудства. Ведь тот, кто легализует изгнание населения из одной части своей страны, тем самым легализует это изгнание и из любой другой части. С той минуты, как жители Голан отправятся в изгнание, изгнание евреев из Тель-Авива приобретет моральную оправданность не только для арабов, но и для евреев. И вопрос об этом немедленно встанет на повестку дня.
2. Стоимость этого великого переселения измеряется десятками миллиардов долларов, и по мнению специалистов, не может не сказаться на израильской экономике самым разрушительным образом.
3. Так называемая региональная “нормализация”, которая выставляется главной целью соглашения, была бы возможна только в том случае, если бы при этом был низвержен тоталитарный строй Асада. Пока в 36 сирийских тюрьмах томятся тысячи политических заключенных, никакая “региональная нормализация” немыслима. Только безрассудный политик станет стремиться к установлению дипотношений с Сирией, разумный, напротив, расторг бы их, даже если б имел, для того чтобы выразить протест против нарушения прав человека и тем самым вложить свой скромный вклад в трудное дело подлинной нормализации.
4. Кроме того Сирия - это жалкая нищая страна, с развалившейся армией, не способной приобрести даже запчасти для своих устаревших танков. Мирный договор с этой страной означает для Израиля новый рынок дешевой рабочей силы и модернизацию сирийской армии.
5. Ну и разумеется, предельным безрассудством является отказ от стратегических территорий в обмен на честное слово диктатора. Кстати, в связи с этим последним пунктом откровенно шизофренический характер носит и разъяснительная кампания Барака:
Когда Бараку надо доказать, что мы можем уйти с Голан, он говорит нам, что мы можем противостоять слабой сирийской армии даже без Голан. Когда же его спрашивают, зачем тогда вообще нам понадобилось отдавать Голаны, он объясняет, что это делается во имя того, чтобы избежать войны с грозной Сирийской армией, от которой нас не могут уберечь даже Голаны.
В пользу ухода с Голан не существует рациональных аргументов. А поэтому спор между стронниками этого ухода и их противниками - это редчайший случай спора между чисто безрассудными и здравомыслящими людьми.
Тот, кто высказывается за отступление с Голан, должен избегать упоминание о здравомыслии, как в доме повешенного избегают упоминания о веревке.